Что такое идейно художественное своеобразие рассказа

Что такое идейно художественное своеобразие рассказа

Из-за блокировщика рекламы некоторые функции на сайте могут работать некорректно! Пожалуйста, отключите блокировщик рекламы на этом сайте.

Характеризуя произведения этого жанра, Д. С. Лихачев пишет, что такой «эпос полон призывов к защите страны… Характерно его „направление“: призыв идет как бы от народа (отсюда фольклорное начало), но обращен он к феодалам – золотое слово Святослава, и отсюда книжное начало. В эпосе соединяется коллективность и книжное начало (элементы ораторской прозы), элементы личностного и публицистического начала».[] На первый взгляд, сближение «Слова» с chansons de geste слишком общо, однако все попытки иначе определить жанр «Слова» неизбежно приводили к еще большим натяжкам и искажениям стилистической, образной и композиционной структуры памятника.
Итак, фабула «Слова» навеяна событиями 1185 г., а сюжет определен стремлением автора преподать поучительный урок князьям-современникам на примере трагической судьбы Игоря.

Какова же художественная структура произведения?
Композиционно «Слово» делится на три части : вступление, основную (повествовательную) часть и заключение. Обычно считается, что во вступлении автор противопоставляет свою художественную систему традиционной, воплощенной, например, в песнях Бояна. Но едва ли на Руси XII в., в эпоху благоговейного отношения к литературному этикету и жанровым канонам, автор, решивший нарушить традицию, стал бы открыто заявлять о своем новаторстве. Вероятней другое: вступление, как справедливо отметил И. П. Еремин, имеет чисто риторический характер и, «предпосылая его своему произведению, автор „Слова“ поступил как опытный мастер, писатель большой литературной культуры. Вступление у него преследует вполне определенную цель: подчеркнуть „торжественную“ направленность своего произведения, настроить читателя на „высокий“, необыденный строй мысли, соответствующий серьезности содержания „Слова“».
И. П. Еремин подчеркивает далее, что в некоторых жанрах древнерусской литературы – ораторских «словах», житиях – вступление являлось необходимым, этикетным элементом композиции произведения. Что же касается «полемики» автора «Слова» с Бояном, то, быть может, речь здесь идет отнюдь не о форме повествования и не о жанре, а о теме. Автор «Слова» не хочет, подобно Бояну, воспевать славные деяния прошлого, а намерен повествовать «по былинам сего времени». В этом, и только в этом, быть может, видит свое отличие от Бояна автор «Слова» и оправдывает свое отступление от традиции перед читателем; но намерен он, как и Боян, вещать «старыми словесы трудных повестий». Основная «повествовательная» часть «Слова» не просто рассказ о событиях – некая аналогия летописному повествованию: «…не столько факты интересуют оратора, – писал И. П. Еремин, – сколько показ своего отношения к ним, не столько внешняя последовательность событий, сколько их внутренний смысл». Соотносимые с действительными событиями эпизоды перемежаются с литературно-вымышленными сценами (таковы, например, вещий сон Святослава и его «золотое слово» князьям; изображение скорби европейских народов, узнавших о поражении Игоря, плач Ярославны, беседа Гзы и Кончака и т. д.), а еще чаще с отступлениями: историческими экскурсами или авторскими сентенциями. Но каждое такое отступление свидетельствует не только о широком историческом кругозоре автора, а также о его умении найти аналогии в порой отдаленных событиях, непринужденно изменять течение повествования, обнаруживая при этом обширную эрудицию и стилистическое мастерство.
Заключение «Слова» – образец «славы», типичной, возможно, для эпического жанра, о существовании которого на Руси мы узнаем из косвенных свидетельств других источников.

Поэтика «Слова» настолько своеобразна, язык и стиль его так самобытны, что на первый взгляд может показаться, будто «Слово» находится совершенно вне сферы литературных традиций русского средневековья.
В действительности это не так. В изображении русских князей, и особенно главных героев «Слова» – Игоря и Всеволода, мы обнаружим черты знакомых нам по летописанию эпического стиля и стиля монументального историзма. Как бы ни заслуживал осуждения безрассудный поход Игоря, сам герой остается для автора воплощением княжеских доблестей. Игорь мужествен, исполнен «ратного духа», жажда «испить шеломом Дону Великого», чувство воинской чести заслоняют зловещее предзнаменование – затмение солнца. Столь же рыцарствен и брат Игоря – Всеволод, и его воины-куряне: они «под трубами повити, под шеломы взлелеяны, с конца копья вскормлены» и в битвах ищут «себе чести, а князю славы».
Но в отличие от летописи в «Слове», как памятнике поэтическом, сосуществуют как бы два плана. «Реалистическое» (а по существу – этикетное) изображение персонажей и событий постоянно соотносится с описанием полумистического мира враждебных «русичам» сил: это и зловещее предзнаменование – затмение солнца, и враждебные Игореву войску силы природы (птицы, звери, сама ночь, которая «грозою птичь убуди»), и, наконец, фантастический Див, Дева-Обида, персонифицированные бе́ды – Карна и Жля. Д. С. Лихачев заметил как-то, что «художественная система „Слова“ вся построена на контрастах». Одним из таких контрастов является противопоставление образов-метафор: солнца, света и тьмы (ночи, темного цвета). Это противопоставление традиционно для древнерусской литературы и для фольклора. В «Слове» оно неоднократно реализуется в самых различных образах: Игорь – это «свет светлый», а Кончак – «черный ворон», накануне битвы «черные тучи с моря идут, хотят прикрыть 4 солнца». В вещем сне Святославу видится, что этой ночью с вечера его покрывали «черной паполомой», ему наливали синее вино, всю ночь граяли «бусови врани». В той же метафорической системе построен ответ бояр Святославу: «Темно бо бе в 3 день, два солнца померкоста, оба багряная стлъпа погасоста… молодая месяца Олег и Святъслав тъмою ся поволокоста. На реце на Каяле тьма свет покрыла». Зато когда Игорь возвращается на Русь, вновь «солнце светится на небесе».
Выше уже было отмечено, что многие сцены «Слова» имеют символический смысл, в том числе и такие, казалось бы, «натуралистические» зарисовки, как рассказ о волках, воющих по оврагам, или птицах, перелетающих из дубравы в дубраву в ожидании поживы на поле битвы. Собственно пейзажные зарисовки в «Слове» чрезвычайно лаконичны: «дльго ночь мрькнет, заря свет запала, мъгла поля покрыла», «земля тутнет, рекы мутно текуть, пороси поля прикрывают» и т. д. При этом характерно, что в «Слове», как и в других древнерусских памятниках, нет «статичного» пейзажа, простого описания природы: окружающий мир предстает перед читателем не столько в своих неподвижных формах, сколько в своих действиях, явлениях и процессах. Автор «Слова» не говорит нам, каковы предметы, окружающие его героев, а обращает внимание на то, что совершается вокруг, говорит о действии, а не описывает картины. В «Слове» не говорится, что ночь светла или темна, она меркнет; не описывается цвет речной воды, но говорится, что «рекы мутно текуть», а Сула уже «не течет сребреными струями»; не изображаются берега Донца, а говорится, что Донец стелет Игорю зеленую траву на своих серебряных берегах, одевает его теплыми туманами под сенью зеленого древа, и т. д.
Другой характерной чертой поэтики «Слова» являются авторские отступления. Автор прерывает рассказ о битве Игоря с половцами в кульминационный момент с тем, чтобы вспомнить «плъци Олговы, Ольга Святьславличя». Подобно этому, между рассказом о «падении стягов Игоревых» и описанием скорбного момента пленения Игоря («Ту Игорь князь выседе из седла злата, а в седло кощиево») помещено обширное размышление автора о последствиях поражения Игоря: «Уже бо, братие, невеселая година въстала». О бедствиях Русских земель, подвергшихся новым половецким набегам, и даже о печали, охватившей далекие страны – «немцев» и венецианцев, византийцев и «мораву», говорится ранее, чем о сне Святослава, который, судя по его символике, приснился князю именно в роковую ночь после поражения Игоря (или даже в канун его). Итак, все смещено, все символично, все служит «концепции сюжета», а не стремлению к документальности повествования. Поняв эти особенности сюжетного построения «Слова», мы увидим, насколько бесполезны рассуждения о том, собирали ли в действительности половцы дань «по беле и веверице», целесообразно ли было приглашать на помощь Игорю Всеволода Большое Гнездо, и без того стремившегося вмешаться в южнорусские дела, поймем, что не следует на основании «Слова» судить о могуществе Ярослава Осмомысла, и т. д.
«Слово» эпично, а не документально, оно полно символики, оно и не может напоминать поэтому летописное повествование, где отступление от документальности (в изображении современных событий в пределах погодных записей!) может оправдываться либо неосведомленностью летописца, либо его политической тенденциозностью.
Сказанное здесь свидетельствует о безусловно книжной природе «Слова». Но с ней гармонично сосуществует и иная, фольклорная стихия. Эта стихия нашла свое отражение в элементах народного плача (плач Ярославны, плач жен русских воинов, павших в походе Игоря, плач матери Ростислава. Плачи же имеет в виду автор «Слова» тогда, когда говорит о стонах Киева и Чернигова и всей Русской земли после поражения Игоря).
Почему же «Слово», литературные достоинства которого были так высоко оценены в новое время, прошло малозаметным в древнерусской литературе? Правда, в начале XIV в. выписку из «Слова» сделал псковский писец Домид (Диомид), переписывавший «Апостол», а еще сто лет спустя автор «Задонщины» положил «Слово» в основу поэтического строя своего произведения, но эти отклики слишком незначительны, сравнительно с литературными достоинствами памятника, как мы смогли их оценить в новое время.
Дело, видимо, в том, что высокий политический и нравственный потенциал «Слова» очень скоро потерял свою актуальность: после монголо-татарского нашествия вспоминать о половцах и призывать князей к объединенному отпору кочевникам было уже поздно, во-вторых, не следует забывать о жанровом своеобразии «Слова», которое также не могло способствовать его популярности в «этикетной» литературе того времени. И наконец, последнее, быть может, самое важное: «Слово» появилось накануне разгрома Южной Руси Батыем; в пламени пожаров гибли книжные сокровища именно тех городов, где списки «Слова» скорее всего могли находиться: Киева, Чернигова, Новгорода-Северского. Возможно, лишь случайность спасла для нас «Слово»: один из списков памятника был увезен на север (во Псков, где его видел писец Домид), и, быть может, к этому списку восходит в конечном счете текст, который читался в Мусин-Пушкинском сборнике.

Читайте также:  Как правильно пишется де юре и де факто

Источник

Идейно-художественное своеобразие

ИЗ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XIX ВЕКА

Идейно художественное своеобразие сказа состоит в следующем:

1. Прославление талантов и способностей русского народа (несмотря на неграмотность, тульские мастера сумели “заткнуть за пояс” англичан);

2. Указание на недостатки (отсутствие систематического обучения, уважения со стороны начальства, денег, должностей и проч.);

3. Патриотизм (левша не “поддается” на “провокации” англичан, Платов пытается отвратить государя от “охмуряющих”

4. Отрицательные черты этого патриотизма (неубедительные аргументы левши, когда он отказывается от перехода в английскую веру, закрытость для обучения: из всего, что показывают левше, он выносит только то, что англичане кирпичом ружья не чистят; злоупотребление властями этим бескорыстным “патриотизмом* простого народа – бесчеловечное и наглое отношение государственной системы и людей, ее представляющих, к личности);

5. Социальные причины нераскрытости богатейших природных талантов русского народа и его мастеров (потребительское отношение власти: все, начиная Платовым

6. Особый жанр. Сказ – жанр, максимально приближенный к разговорному языку. Стилизация была нужна Лескову для того, чтобы отобразить народную точку зрения на содержание повествования (не случайно в конце он называет этот сказ “мифом” – т. е. неким синтетическим знанием того или иного народа о себе и об окружающем мире).

Способы создания жанрового своеобразия:

А) Разговорные конструкции, просторечные выражения;

Б) Собственное историческое пространство, являющееся, по существу, мифологическим. Платов, оба царя, граф Клейнмихель и проч. в данном случае не исторические лица, а некие обобщенные, собирательные образы, не имеющие к реальным историческим лицам (кроме имени) практически никакого отношения;

В) Народный миф о близости царя и простого народа: Николай Павлович отстаивает честь русских мастеров, верит в них, целует неумытого левшу, ружья продолжают чистить кирпичом только потому, что придворные не доложили о последних словах левши государю и проч. В фольклорной традиции чрезвычайно популярны были подобные же сказы о Петре I. В них слились, с одной стороны, “миф” о “добром царе”, а с другой – о “народном заступнике”. Подобное “слияние” очень характерно именно для России, причем с особой отчетливостью это можно увидеть в народных религиозных воззрениях (народное понимание христианства);

Г) “Народная этимология”, т. е. переиначивание непонятных иностранных слов на русский лад, но не в результате перевода, а по внешнему сходству. Дополнительный эффект (в том числе и комический) здесь создается тем, что при сохранении внешнего сходства особым манером передается и внутренняя сущность слова, его значение. Например, “мелкоскоп” (т. е. микроскоп, который позволяет рассматривать мелкие предметы), “свистовой” (т. е. вестовой, которого “свистят”, или же тот, который так быстро переносит вести с место на место, что ветер свистит), “нимфозория” (т. е. нечто среднее между словами “инфузория” и “нимфа”), “мыльнопильные заводы” (т. е. среднее между “мыловаренные” и “лесопильные” заводы), “долбица умножения” (видимо, в силу того, что ее надо учить, т. е. “долбить”), “Твердиземное море”, “морской водоглаз” и проч.

Сказовые традиции, заложенные в литературе Лесковым, развивались позже в творчестве, например, такого автора, как П. П. Бажов.

Источник

Идейно-художественное своеобразие рассказа Л.П. Зрелова «А утром мы пришли в посадки…» статья по литературе по теме

Художественный стиль: понятие, черты и примеры

Художественный стиль речи – это язык литературы и искусства. Он используется для передачи эмоций и чувств, художественных образов и явлений.

Примеры художественного стиля: пример 1, пример 2.

Художественный стиль – это способ самовыражения писателей, поэтому, как правило, он используется в письменной речи. Устно же (например – в пьесах) зачитываются написанные заранее тексты. Исторически художественный стиль функционирует в трех родах литературы – лирике (стихотворениях, поэмах), драме (пьесах) и эпосе (рассказы, повести, романы).

Статья обо всех стилях речи – здесь.

Черты художественного стиля таковы:

Надоело самому делать домашку?

Закжи выполнение домашней работу у наших партнеров
и получай только отличные оценки

Также можно заказать рефераты, эссэ, курсовые работы и все, что только могут придумать твои учителя

Художественный стиль: разбор примера

Рассмотрим на примере особенности разбираемого стиля.

Отрывок из статьи:

Война изуродовала Боровое. Вперемежку с уцелевшими избами стояли, как памятники народного горя, обуглившиеся печи. Торчали столбы от ворот. Сарай зиял огромной дырой – от него отломили половину и унесли.

Были сады, а теперь пни – как гнилые зубы. Лишь кое-где приютились по две-три яблоньки-подростка.

Когда однорукий Федор вернулся домой, мать была в живых. Состарилась, отощала, седины прибавилось. Усадила за стол, а угощать-то и нечем. Было у Федора свое, солдатское. За столом мать рассказала: всех пообирали, шкуродеры окаянные! Прятали мы свиночек да курочек, кто куда горазд. Да неужто убережешь? Он шумит-грозит, подавай ему курицу, будь хоть распоследняя. С перепугу и последнюю отдавали. Вот и у меня ничего не осталось. Ой, худо было! Разорил село фашист проклятый! Сам видишь, что осталось… больше половины дворов спалил. Народ кто куда разбежался: кто в тыл, кто в партизаны. Девчонок сколько поугоняли! Вот и нашу Фросю увели…

За день-два огляделся Федор. Стали возвращаться свои, боровские. Повесили на пустой избе фанерку, а по ней кривобокими буквами сажей на масле – не было краски – «Правление колхоза «Красная заря» – и пошло, и пошло! Лиха беда – начало.

Читайте также:  Света имя по английскому как пишется

Стиль данного текста, как мы уже сказали, художественный.

Его черты в этом отрывке:

Таким образом, художественный стиль не столько рассказывает, сколько показывает – помогает ощутить обстановку, побывать тех местах, о которых повествует рассказчик. Конечно, имеет место быть и определенное «навязывание» авторских переживаний, однако оно и создает настроение, передает ощущения.

Художественный стиль – один из самых «заимствующих» и гибких: писатели, во-первых, активно используют языковые иных стилей, а во-вторых, успешно сочетают художественную образность, например, с объяснениями научных фактов, понятий или явлений.

Научно-художественный стиль: разбор примера

Рассмотрим на примере взаимодействие двух стилей – художественного и научного.

Отрывок из статьи:

Молодежь нашей страны любит леса и парки. И любовь эта плодотворная, деятельная. Она выражается не только в закладке новых садов, парков и лесополос, но и в бдительной охране дубрав и лесов. Однажды на собрании на столе президиума появились ровные щепки. Какой-то лиходей срубил яблоню, одиноко росшую на берегу реки. Словно маяк, стояла она на крутояре. К ней привыкли, как к обличью своего дома, ее любили. И вот ее не стало. В этот день родилась группа по охране природы. Ее назвали «Зеленый патруль». Пощады браконьерам не было, и они стали отступать.

Черты научного стиля:

Черты художественного стиля:

По разнообразию языковых средств, литературных приемов и методов художественный стиль, пожалуй, самый богатый. И, в отличие от других стилей, имеет минимум ограничений – при должной прорисовке образов и эмоциональном настрое написать художественный текст можно даже научными терминами. Но, конечно, злоупотреблять этим не стоит.

Тексты пишутся для читателей, поэтому они должны быть доступны и понятны. И явное использование лексики иных стилей возможно только для достоверности, для создания колоритных образов персонажей или атмосферы.

Так, при беседе двух банкиров экономическая терминология – только в плюс, а вот «официозные» клише и канцеляризмы при описании красивой природы точно будут лишними.

Таким образом, при работе с художественным стилем, при всей его гибкости, за лексикой нужно следить очень внимательно. Особенно – если вы пишете или собираетесь писать художественные произведения. Ибо именно художественный стиль считается отражением русского литературного языка.

Все материалы, размещенные на сайте, предназначены для некоммерческого использования и защищены законодательством РФ (Гражданский кодекс РФ, Часть четвертая). Копирование запрещено.

Частичное цитирование статей и обучающих материалов возможно только с обязательным указанием источника в виде активной ссылки.

Источник

Идейно-художественное своеобразие рассказов

ИЗ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XIX ВЕКА

Идейно-художественное своеобразие рассказов

Центральной идеей рассказов Чехова является история опошления человека под воздействием окружающей жизни, социальной среды. Люди, сформировавшиеся в условиях бездуховности и отсутствии истинных критериев ценности жизни, пытаются заменить их, заполнить духовный вакуум разного рода суррогатами, ложными целями, химерами, которым они в конечном итоге и посвящают свою жизнь, добровольно отдают в жертву свое “божественное” предназначение.

Для героини рассказа “Душечка” – это мнения и суждения посторонних людей – мужа, ветеринара, сына ветеринара, прислуги. Духовная пустота заполняется тем, что оказывается под рукой.

В плане изображения “мертвых душ” о Чехове вполне можно говорить как о продолжателе гоголевских традиций.

К рассказу “О любви” по тематике примыкает рассказ “Дама с собачкой”, где Гуров и Анна Сергеевна, испытывая чувство друг к другу, тем не менее не могут разорвать привычный круг бездуховного, бессмысленного бытия и сделать свой выбор.

В “Ионыче” Чехов наиболее подробно и выпукло изображает духовную деградацию личности. Общая атмосфера в городе С. располагает к однообразной, беспросветной жизни. Даже жизнь “образованной и талантливой” семьи Туркиных на удивление монотонна (одни и те же шутки, развлечения, занятия на протяжении многих лет).

У доктора Старцева есть свои идеалы. Поначалу он стремится быть знающим земским врачом, испытывает искреннее чувство к Котику, тонко чувствует красоту природы. Однако среда, в которую он попадает, вынуждает его жить по законам общества уездного города С. Сам Старцев не способен сопротивляться этому.

По мысли автора, его вина усугубляется тем, что он все прекрасно понимает, но ничего не пытается сделать.

Во всех рассказах большая роль отведена детали. Чехов никогда не высказывает идею произведения явно, она подается через целую цепь скрытых намеков и соответствующий антураж, и главная роль в этом принадлежит именно детали. Так, например, в “Ионыче” вместе с внутренним состоянием доктора меняется его внешний облик: он все больше полнеет, у него усиливается одышка, кроме того, вначале он ходит к больным пешком, потом ездит на паре лошадей, а затем на тройке с бубенчиками.

У Старцева в рассказе есть “двойник” – кучер Пантелеймон, который также меняется вместе с хозяином: полнеет и приобретает солидность.

Источник

Анализ идейно-художественного своеобразия рассказа

Жанр рассказа занимает особое место в русской литературе: знаменитые художники слова использовали малую форму для создания поразительных по силе воздействия миниатюр, призванных явить миру величие «загадочной русской души», глубочайший трагизм конфликта между мечтой и реальностью, тоску по несбы­точному и вечно живую надежду на обретение любви и гармонии с окружающей действительностью.

Примерный план анализа своеобразия рассказа (новеллы)

• действие развивается быстро, динамично, стремится к развязке, которая заключает в себе весь смысл рассказанного: с её помощью автор даёт осмысление жизненной ситуации, выносит «приговор» изо­бражаемым характерам;

• стремительно развивающийся сюжет характеризуется очень экономной системой персонажей: их ровно столько, сколько нужно, чтобы действие могло непрерывно развиваться;

• эпизодические персонажи вводятся (если вообще вводятся) только для того, чтобы дать толчок сю­жетному действию и после немедленно исчезнуть;

• в рассказе (новелле), как правило, нет побочных сюжетных линий, авторских отступлений: из про­шлого героев сообщается лишь то, что абсолютно необходимо для понимания конфликта и сюжета;

• описательные элементы, не продвигающие действие, сведены к минимуму и проявляются почти ис­ключительно в начале.

(По материалам книги: А.Б. Есин «Принципы и приёмы анализа литературного произведения»).

Приступая к работе, подумай, а потом, возможно, включи в сочинение размышления-ответы на следую­щие вопросы:

— В чём обычность и вместе с тем неожиданность (своеобразие) сюжета?

— Какие литературные ассоциации приходят на память при чтении рассказа?

— Какие вопросы из разряда «вечных» возникают при чтении этого рассказа?

— Кто и почему избран автором в герои рассказа?

Работа по этой теме может предполагать как сопоставление на уровне одного произведения, так и соот­несение для сравнения образов героев или проблематики произведений разных авторов.

Возможные формулировки темы (например):

1. Элен и Наташа Ростова в романе Л.Н. Толстого «Война и мир».

2. Проблема наполеонизма в романах Толстого и Достоевского.

3. «Век нынешний» и «век минувший» в комедии А.С. Грибоедова «Горе от ума».

4. Чацкий и Молчалин.

6. Обломов и Штольц в романе И.А. Гончарова.

7. Нравственное и безнравственное в жизни героев романа Л. Толстого «Война и мир».

Пожалуйста, помните, что главное при работе по этой теме:

— полно соотнести общее у героев (явлений, событий, фактов);

— выбрать ключевые позиции для сравнения (нельзя сравнивать выразительный взгляд одного и старую шляпу другого, глубину чувств, силу любви первого и описание предметов в комнате у второго).

Чаще всего сопоставление образов героев получается наиболее полным, если сравнивается:

— поступки, внешние жесты;

— отношения первого и второго;

— отношение к окружающим;

— отношение окружающих к героям;

— есть ли у героя дело жизни, как они проявляют себя в этом;

— история любви в жизни героев.

Тема: А и В. Исходное: А и В:

2) отличное (1, 2, 3. ) План.

I. Вступление: А и В в произведении автора N

Тема: С и Д— герои своего времени, антиподы и т.д.

Исходное: С и Д: 1) общее (1,2,3. )

2. Отличное: 1Если А. то В.

Читайте также:  Сканворды по сказкам пушкина с ответами

□ А в этом противопоставлен В, так как.

Тема, связанная с философскими, нравственными, социально-общественными понятиями (указан XIX или XX век; произведение русской литературы выбирает учащийся.

Основные линии, по которым формулировались «свободные» темы на выпускном экзамене в тече­ние последних лет:

— Проблема осмысления истории своей страны;

— Философское рассуждение о смысле жизни;

— Любовь и дружба в жизни человека;

— Проблема милосердия и гуманизма;

— Человек и природа. Природа и цивилизация;

— Духовность и бездуховность.

В Перечне экзаменационных тем 2002-2003 учебного года предложенные формулировки легко выстраи­вались в логическую связь следующих линий:

Что следует учесть при подготовке к «свободной » теме:

— подберите высказывания известных людей, соответствующие каждой из линий;

— подумайте, на примере какого литературного произведения можно построить рассуждение по данной проблеме;

Тропы — это образные обороты речи, в которых слова и выражения употреблены в переносном значении, они понятны только в данном тексте.

Тропы позволяют писателю в образной форме донести идейно-художественное содержание произведения. Тропы бывают простые и сложные.

В эпитетах часто сливаются изобразительное и лирическое начало (отношение к изображаемому). В них воплощается мироощущение писателя.

В народном поэтическом творчестве используются постоянные эпитеты:

«дороженька столбовая», «синее море», «красная девица», «добрый молодец», «скатный жемчуг», «мать-сыра земля».

Анчар, как грозный часовой,

Сравнение выражается с помощью слов как, точно, словно или может просто указывать на сходство (по­хож на. ).

Нередки случаи, когда писатели создают развёрнутые сравнения. В них раскрывается несколько призна­ков одного явления или характеристика целой группы явлений:

«Мужчины здесь, как и везде, были двух родов: одни тоненькие, которые все увивались около дам; неко­торые из них были такого рода, что с трудом можно было отличить их от петербургских, имели так же весьма обдуманно и со вкусом зачесанные бакенбарды или просто благовидные, весьма гладко выбритые овалы лица, так же небрежно подседали к дамам, так же говорили по-французски и смешили дам так же, как и в Петербурге. Другой род мужчин составляли толстые или такие же, как Чичиков, то есть не так чтобы слишком толстые, од­нако же и не тоненькие».

В русском фольклоре и его литературных стилизациях, в древнерусской литературе часто встречаются отрицательные сравнения:

То не ветер ветку клонит,

Не дубравушка шумит,

То моё сердечко стонет

Как осенний лист дрожит.

К сложным тропам художественной речи относятся метафоры, олицетворения, аллегории, художест­венные символы, метонимии, синекдохи, гиперболы, литоты.

Метафора это скрытое сравнение, в котором присутствует только второй элемент простого сравнения (то, с чем сравнивают). То, что сравнивается, лишь подразумевается. От читателя требуется умение понять и почувствовать создаваемый образ:

Над бабушкиной избушкой висит хлеба краюшка.

Ярким солнцем в лесу пламенеет костёр.

Такие выражения, как «железный стих», «шелковые ресницы», «утро седое», одновременно выполняют роль эпитетов и метафор и называются метаморфическими эпитетами. В метафоре нельзя отделить определе­ние от определяемого слова: исчезает смысл.

Это один из постоянных приёмов изображения в сказках, баснях, фантастических произведениях.

Олицетворение как художественный троп представляет собой оборот речи, в котором свойства человека переносятся на явления природы, предметы и отвлечённые понятия. Олицетворение является особым видом метафоры.

Улыбнулись сонные березки,

Растрепали шелковые косы.

Аллегория одна из форм иносказания, условное изображение отвлечённого понятия при помощи кон­кретного жизненного явления. Под изображенными в аллегории животными, людьми, предметами всегда име­ются в виду другие лица, вещи, события, факты.

В литературе аллегория широко использует образы фольклора, античной мифологии, Библии. С её по­мощью иносказательно выражаются идеи глубокого философского содержания.

Книга притчей Соломоновых

Художественный символ образные слова, которые замещают наименование жизненного явления, понятия, предмета условным его обозначением, напоминающим это явление и придающим ему новый, глубинный смысл.

Всякий смысл является одновременно и образом. Например, слово «утро», неся в себе предметный образ «начала дня», может стать символом молодости, начала жизни.

Символ отличается от метафоры и аллегории тем, что имеет множество значений, и все они присутству­ют в каждом символическом образе.

Символы существуют не только в художественной литературе. Они давно живут в сознании людей, вос­ходя к древним мифам, былинам, обрядам. Они порождаются всем художественным творчеством человечества, его историей и культурой.

Смысл художественного символа невозможно разъяснить с помощью однозначного логического сужде­ния, его можно только пояснить, используя другие образы-символы:

Тебя жалеть я не умею,

И крест свой бережно несу. * * *

Зато читал Адама Смита.

Не то на серебре, на золоте едал.

Потому, что здесь порой

Ходит маленькая ножка,

Вьется локон золотой.

Отсель грозить мы будем шведу.

Мы все глядим в Наполеоны.

Чтобы у ног вы увидали Мундир, и шпоры, и усы!

Литота — художественное преуменьшение.

Этот прием представляет собой явное или скрытое сопоставление двух разнородных явлений, основан­ное, на их общем признаке, при этом предмету или явлению приписывается признак или несколько признаков, которыми в реальной жизни они обладать не могут.

Литотой называется также стилистический приём как бы двойного отрицания: «небезуспешный» «небес­спорный».

Гипербола и литота служат для создания художественного образа, усиливают выразительность речи.

Часто встречаются они в сказках: Крошечка-Хаврошечка, Мальчик-с-пальчик, Илья Муромец берет «шалыгу железную, да которая была весу ровно сто пудов».

В литературных произведениях гипербола и литота могут передавать высокую патетику или служить приёмами для создания сатирических образов.

В отличие от тропов, которые обогащают мысль новым образным содержанием, стилистические фигу­ры воздействуют на читателя благодаря специальным способам синтаксической организации речи.

«Увы! толстые умеют лучше на этом свете обделывать дела свои, нежели тоненькие. Тоненькие служат больше по особым поручениям или только числятся и виляют туда и сюда; их существование как-то слишком легко, воздушно и совсем ненадёжно. Толстые никогда не занимают косвенных мест, а все прямые, и уж если сядут где, то сядут надёжно и крепко. Так, что скорей место затрещит и угнется под ними, а уж они не слетят».

Н. В. Гоголь. Мёртвые души

Ты богат, я очень беден; Ты прозаик, я поэт.

Ветер весёлый Эх ты, горе горькое,

И зол и рад. Сладкое житьё.

Город пыгиный, город бедный,

Дух неволи, стройный вид.

Градация расположение близких по значению слов в порядке повышения или понижения их смысловой или эмоциональной значимости.

Когда волнуется желтеющая нива, И свежий лес шумит при звуке ветерка, И прячется в саду малиновая слива Под тенью сладостной зеленого листка.

М. Ю. Лермонтов Исполнились мои желания. Творец Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна, Чистейшей прелести чистейший образец.

Параллелизм характерен для устного народного творчества (песни, частушки). Чаще всего в фольклоре сопоставляются образ природы и образ человека.

Ах, кабы на цветы не морозы, И зимой бы цветы расцвели; Ох, как бы на меня не кручина, Ни о чём-то бы я не тужила. В литературе этот приём имеет самое разнообразное применение, причём наряду со словесно-образным параллелизмом может быть и композиционный, когда в романе, повести развиваются параллельные сюжетные линии.

В синем небе звезды блещут, В синем море волны плещут.

Брожу ли я вдоль улиц шумных,

Вхожу ли в многолюдный храм,

Сижу ль меж юношей безумных,

Я предаюсь своим мечтам.

У ночи много звёзд прелестных,

Красавиц много на Москве.

Стонет он по полям, по дорогам,

Стонет он по тюрьмам, по острогам.

Эпифора выразительное повторение слов или выражений в конце отрезка речи.

«Мне хотелось бы знать, отчего я титульный советник? Почему именно титульный советник?»

Инверсия своеобразная расстановка слов в предложении, нарушающая порядок, установленный правилами.

Но мне ли, мне ль, любимцу государя.

Что ищет он в стране далёкой?

Что кинул он в краю родном?

«И какой русский не любит быстрой езды?»

Источник

Поделиться с друзьями
Детский развивающий портал